Ничего не чувствующие

Помните статью Елены Костюченко про ПНИ? Её прочитало более полумиллиона человек. А я прочитала кучу комментариев от незнакомых людей, ещё обсудила статью с несколькими знакомыми.

Знаете, что меня потрясло? Довольно часто встречавшийся комментарий, что «люди с психическими заболеваниями, например, с шизофренией, ничего не чувствуют, не понимают, а значит, держать их в подобных условиях для них не так и страшно».

Много лет назад нечто подобное я услышала от няни детского дома для детей с разными умственными и физическими нарушениями. Я очень переживала из-за отделения с лежачими детьми. Они лежали весь день и всю ночь. Иногда их вывозили на крошечный балкон, минут на 10, и они лежали там. Когда была хорошая погода, настроение и время у нянь. Остальное время они лежали в комнате. Все дни и все ночи.

На мои рассуждения о том, как поменять ситуацию, няня с доброй снисходительностью сказала:
- Так они же ничего не чувствуют. Какая им разница, где лежать?

«Ничего не чувствующие» дети лежали молча и смотрели в потолок. Я садилась на их кровать и рассказывала им что-то. Глаза «ничего не чувствующих детей» перемещались на меня и начинали двигаться.

У этих детей (не у всех, но у очень многих) прекрасно работали функции восприятия и обработки информации и не работала функция выдачи её. Будто сознание всё время держалось взаперти повреждённым мозгом.

У них не было никакой реабилитации, никаких попыток воздействовать на мозг. И в этом никак нельзя было винить нянечек (которые с утра до вечера меняли памперсы, бельё, кормили через трубочку и с ложки, чистили, мыли, убирали), ни воспитателей, ни реабилитологов.
Потому что с таким количеством детей никто ничего не успевал. Потому что не должно быть детских домов, и ПНИ тоже. А должны быть только квартиры/дома с сопровождающим проживанием.

Печатаю и руки трясутся от гнева и бессилия, потому что как построить систему для людей, живущих в закрытых учреждениях в стране, где и для свободно перемещающихся нет никакой работающей системы?